Байкал умирает: что убивает самое глубокое озеро планеты

Байкалу 25 миллионов лет. Это самое глубокое, старое и чистое пресноводное озеро на планете. Здесь хранится пятая часть всей незамерзшей пресной воды на Земле. За миллионы лет изоляции здесь появились тысячи видов животных, которые больше нигде не встречаются. Но за последние полвека озеро начало меняться – и не в лучшую сторону. Подробнее читайте в статье а.

До начала 2010-х годов спирогира на Байкале практически не отмечалась. Это нитчатые зеленые водоросли, обычно обитающие в загрязненных, богатых фосфором водоемах – прудах, канавах, небольших реках. На Байкале его не должно было существовать, так как озеро известно именно своей олиготрофностью, то есть крайне низким содержанием питательных веществ.

Примерно в 2011–2012 годах спирогира стала массово появляться в прибрежной зоне. К 2015–2018 гг. оно охватило огромные площади дна у побережья, особенно там, где есть деревни и туристические центры. Ученые Иркутского государственного университета связали его появление с увеличением концентрации фосфора в прибрежных водах – из сточных вод, с туристических объектов, из моющих средств, попадающих непосредственно в озеро.

Озеро Натрон: почему на его берегах находят мертвых животных

Спирогира вытесняет эндемичные байкальские водоросли — прежде всего хару и другие виды, служащие пищей и убежищем для местных ракообразных. По данным Лимнологического института СО РАН, в районах его распространения заметно сокращается численность байкальских амфипод - ключевого звена местной пищевой цепи.

По последним данным «Ведомостей», концентрация спирогиры в прибрежной зоне снизилась – пик кризиса, видимо, пройден. Но это не значит, что угроза исчезла: водоросли продолжают присутствовать там, где есть органические отходы.

Наследие целлюлозного завода

На южном берегу Байкала, в Байкальске, в 2013 году закрылся Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат (БЦБК). Он проработал почти полвека, сбрасывая сточные воды прямо в озеро.

Однако после остановки завода на берегу осталось 13 резервуаров - огромных прудов с промышленными отходами. Внутри находится около 6,5 миллионов тонн лигнинового осадка: токсичного вещества, побочного продукта переработки древесины, насыщенного тяжелыми металлами, фенолами и диоксинами.

Емкости расположены прямо над берегом озера Байкал, в сейсмически активной зоне. Землетрясение средней силы – а Прибайкалье входит в зону повышенной сейсмической активности – может разрушить плотины. Это грозит прямым выбросом токсинов в озеро.

Работы по вывозу мусора начались, но продвигаются медленно. По данным "а", ликвидация началась, но технология обезвреживания лигнинового осадка до сих пор остается предметом споров: найти промышленный способ его безопасной утилизации оказалось гораздо сложнее, чем ожидалось.

Влияние глобального потепления

Байкал нагревается быстрее, чем большинство других крупных озер в мире. Согласно исследованию, опубликованному в The Conversation, за последние 60 лет летние температуры поверхностных вод увеличились примерно на 1,5–2 градуса Цельсия. Для экосистемы, которая развивалась миллионы лет в стабильных условиях, это катастрофически быстро.

В результате произошло изменение ледового режима. Байкал позже замерзает и открывается раньше, чем 50 лет назад. Это напрямую влияет на байкальскую нерпу: она размножается на льду в феврале-марте, и если лед тонкий или неустойчивый, детеныши погибают. По данным Naked Science, потепление воды помогает инвазивным ракообразным вытеснять эндемичных байкальских амфипод, которые специально приспособлены к холодной воде. В то же время потепление ускоряет рост водорослей – в том числе и той самой Спирогиры.

Смерть губок

Только в этом озере обитают байкальские губки семейства Lubomirskiidae. Эти организмы обитают на глубине от 1 до 1500 метров, могут достигать метровой высоты и служат фильтрами. Пропуская через себя воду, они задерживают органические частицы и бактерии. Одна губка способна фильтровать до 20 литров воды в день.

С середины 2010-х годов ученые фиксируют их массовую гибель в прибрежной зоне – губки белеют и разрушаются. Это явление напоминает «белую болезнь» коралловых рифов. Однако причины этого до конца не установлены. Ожидается потепление воды, изменение химического состава прибрежной зоны, присутствие цианобактерий – сине-зеленых водорослей, токсичных для губок.

Снижение популяции рыбы

Байкальский омуль является эндемиком и основой местной кухни. В 2017 году его популяция сократилась настолько, что Росрыболовство ввело полный запрет на промышленное и любительское рыболовство. По оценкам ученых, численность омуля к тому времени упала примерно до 10% от исторического максимума.

В 2020 году вновь разрешили ограниченный вылов рыбы – в строго контролируемых объемах. Популяция начала восстанавливаться, но серьезной проблемой остается браконьерство. По данным АиФ Иркутск, незаконный лов рыбы не прекращался даже в период официального запрета.

Развитие туристической отрасли

В 2025 году Байкал принял около 300 тысяч туристов, и эта цифра продолжает расти из года в год. Проблема в том, что туристическая инфраструктура на большей части побережья либо примитивна, либо отсутствует вообще. Сточные воды стекают в землю, а оттуда в озеро. На берегу остается мусор. Моторные лодки и автомобили на льду разрушают береговую линию.

На острове Ольхон, самом популярном туристическом месте, практически нет централизованной системы канализации. При этом, по данным РИАМО, количество туристов в сезон во много раз превышает постоянное население.

Так Байкал умирает или нет?

Байкал – система с колоссальным запасом прочности: 25 миллионов лет эволюции, огромный объем воды, сложные механизмы самоочищения. Оно не умирает в том смысле, в котором умирает, например, Аральское море.

Но оно меняется, причем быстро и в нескольких направлениях одновременно. Прибрежная зона деградирует. Количество некоторых эндемичных видов сокращается. Химический состав воды у побережья меняется.

По мнению ученых Лимнологического института СО РАН, Байкал переходит из олиготрофного состояния - чистого, бедного питательными веществами - в мезотрофное. Это значит, что озеро с каждым годом будет становиться немного другим. Пока не окажется, что от прежнего мало что осталось.

Ранее мы писали, что знаем о подъеме реки Рио-Гранде у берегов Бразилии.