Секретное биологическое оружие СССР: что с ним стало после распада

Биологическое оружие — единственный вид оружия массового поражения, способный воспроизводиться самостоятельно. О том, что случилось с биологическим оружием СССР после его распада, читайте в статье «а».

В 1973 году, через год после подписания Советским Союзом Конвенции о биологическом оружии, в стране было создано гражданское объединение «Биопрепарат». Официально она числилась как фармацевтическая компания. Однако на самом деле это было лишь прикрытием крупнейшей в мире секретной программы биологического оружия.

В арсенале «Биопрепарата» были возбудители сибирской язвы, чумы, оспы, туляремии, бруцеллеза, а также вирусы Эбола и Марбург. Но главным его достижением стало создание возбудителей, устойчивых к антибиотикам и вакцинам. Исследователи скрестили штаммы и добавили чужеродные гены, создав то, против чего существующая медицина была бессильна.

По показаниям советского ученого Канатжана Алибекова перед Конгрессом США, в «Биопрепарате» за годы работы работало от 30 000 до 60 000 человек. В эту систему было встроено около 40–50 объектов по всему Советскому Союзу — институтов, заводов, полигонов. Финансирование осуществлялось через замаскированные статьи расходов государственного бюджета.

Следует ли нам бояться климатического оружия

Алибеков, занимавший должность заместителя директора «Биопрепарата», бежал в США в 1992 году. Его книга «Осторожно! Биологическое оружие!» и показания перед Конгрессом стали первыми подробными публичными свидетельствами истинного масштаба программы.

Катастрофа, о которой молчали 13 лет

2 апреля 1979 года на военном объекте в Свердловске (сегодня Екатеринбург) кто-то забыл поменять фильтр в выхлопной системе. Через несколько часов в атмосферу был выпущен аэрозоль, содержащий сибирские споры.

Советские власти объяснили вспышку зараженным мясом, добытым на черном рынке. По данным Архива национальной безопасности, КГБ изъяло медицинские справки из больниц, семьям погибших запретили рассказывать о причинах смерти, а диагнозы в документах были изменены задним числом. История с зараженным мясом оставалась официальной до 1992 года, когда президент Ельцин публично признал, что причиной стала военная лаборатория.

Число погибших составило не менее 64 человек. Хотя реальные цифры могут быть выше, точная документация была уничтожена.

Где были закопаны споры?

В Аральском море, на острове Возрождения, с 1930-х годов располагался основной полигон советского биологического оружия. Здесь на животных испытывали боевые штаммы чумы, оспы, бруцеллеза и сибирской язвы, сбрасывая возбудителей с самолетов и изучая картину поражения.

В 1988 году, когда советское руководство обеспокоилось тем, что программа "Биопрепарат" может быть обнаружена, на остров спешно доставили и захоронили сотни тонн спор сибирской язвы - по некоторым данным, тот самый запас, который хранился на объекте в Свердловске после аварии 1979 года. Захоронение было произведено в спешке, без должной нейтрализации.

После распада СССР стало понятно, что остров на самом деле был ничейным островом: он находился на границе Казахстана и Узбекистана, которые не смогли обеспечить безопасность. Более того, из-за высыхания Аральского моря к 2001 году остров был соединен с материком – это означало, что к местам захоронений теоретически могли добраться животные, люди и через них болезни. По данным Ассоциации по контролю над вооружениями, американские специалисты провели дезактивацию объекта в 2001–2002 годах, обработав места захоронений хлоркой. Официально споры были нейтрализованы, однако независимой проверки успешности результата не было.

Куда пропали учёные?

После 1991 года «Биопрепарат» официально прекратил военные разработки. Десятки тысяч специалистов - микробиологов, вирусологов, инженеров-оружейников - остались без работы или с зарплатой, задерживаемой на месяцы.

По данным «Бюллетеня ученых-атомщиков», спецслужбы США зафиксировали попытки Ирана, Северной Кореи и ряда других государств нанять бывших советских специалистов. Некоторые из них ушли — в каком качестве точно неизвестно.

Ответом США стала программа Нанна-Лугара (Совместное уменьшение угрозы), запущенная в 1991 году. Ее целью было направить бывших ученых военно-промышленного комплекса на мирные проекты, финансируя гражданские исследования в бывших военных лабораториях. По данным GAO, к 2000 году на эти усилия было потрачено около 100 миллионов долларов. В результате часть объектов была перепрофилирована, однако полного контроля над судьбой специалистов добиться не удалось.

Что осталось в России?

Два объекта, созданные в рамках «Биопрепарата», продолжают работать официально, но уже как гражданские научные центры. Государственный научный центр вирусологии и биотехнологии «Вектор» в Новосибирске сегодня является одним из двух официальных мировых хранилищ живого вируса натуральной оспы (второй находится в Центре контроля заболеваний США в Атланте). Подмосковный Оболенский центр работает с бактериальными возбудителями, в том числе с чумой и сибирской язвой.

Вопрос о том, свернула ли Россия полностью военную часть программы, остается открытым. По мнению аналитиков, приведённых в материале Frontiers in Political Science, институциональные знания и часть инфраструктуры сохранились. Россия отрицает продолжение военных разработок, однако международные инспекторы не имеют независимого доступа к объектам.

Что еще неизвестно?

Полный список объектов «Биопрепарата» и всех разработанных там штаммов никогда не разглашался. Неизвестно, сколько боевых агентов хранится в неохраняемых условиях, сколько специалистов работает сегодня в странах с активными военно-биологическими программами и насколько на самом деле устойчивы к дезактивации споры, захороненные на острове Возрождения.

Ранее мы писали о том, почему ученые выпускают зараженных комаров в дикую природу.