Почему фрагмент «Илиады» был спрятан внутри египетской мумии?

Археологи нашли нечто неожиданное внутри египетской мумии, относящейся к древнеримской эпохе, — фрагмент «Илиады» Гомера. Он находился не рядом с телом умершего, а прямо внутри брюшной полости мумии. Портал theconversation.com рассказал, как такое могло произойти и какую роль сыграли произведения Гомера в Римской империи.

Согласно позднеримской традиции, одному троянцу удалось сбежать. Эней, сын Анхиза и богини Афродиты, бежал из горящего города с собственным отцом на плечах. Он начал новую жизнь на западе, переправился через Средиземное море в сторону Италии – и там стал родоначальником Рима.

Ничего подобного в «Илиаде» нет. Продолжение этой истории появилось спустя столетия, в эпической поэме Вергилия «Энеида». Но это полностью изменило смысл Троянской войны. Прошлое было реорганизовано посредством историй, которые можно было переписывать, расширять и связывать друг с другом на протяжении веков.

Для римской аудитории Троянская война была не просто древнегреческой легендой. Оно стало линзой для размышлений о происхождении, идентичности и власти.

Происхождение Рима из Трои было для римлян серьёзным вопросом, требовавшим постоянной культурной работы – через рассказывание историй, образование и общие знания. «Илиада» предоставила им ресурсы: персонажей, события и генеалогии, которые можно было трансформировать и использовать из поколения в поколение. Образованная элита по всей Римской империи познакомилась с творчеством Гомера через школу. Его цитировали в выступлениях, анализировали в классах и использовали как метод утверждения культурного авторитета.

Если римлянин знал «Илиаду», значит, он мог говорить на одном языке со своими согражданами. Сенатор в Риме, учитель в Малой Азии и студент в Египте могли почерпнуть мудрость из одних и тех же историй. Поэма Гомера создала общую систему убеждений, которая позволила разным людям найти общий язык в своем разделенном прошлом.

Во времена Римской империи место древней Трои, расположенное на территории нынешней Турции, стало настоящим местом паломничества. Императоры вложили деньги в развитие этого места, чтобы напрямую заявить о троянском происхождении Рима. При императоре Августе Троя вошла в политический лексикон империи, а при Адриане она стала частью культуры путешествий, памяти и наследия.

Пилигрим, который во 2 веке н.э. отправился в Трою, прибыл в развитый туристический центр. Здесь были бани, места для проживания и помещения для художников. Небольшой театр был построен прямо в древней цитадели, так что руины города бронзового века, где, как считалось, происходили легендарные сражения, служили драматическим фоном для представлений. Посетители могли своими глазами увидеть место действия поэмы Гомера, пережив Троянскую войну как нечто, что буквально было у них под ногами.

В то же время «Илиада» распространялась по всей империи в виде живого текста, который копировали, учили и читали. Египет, будучи одной из важнейших провинций Рима, не был исключением. Но там Гомер циркулировал в культурном ландшафте, существенно отличавшемся от древнегреческого литературного мира.

Для римлян Египет был своего рода местом, где древность сохранялась в материальной форме, а не только в воспоминаниях. Оно сохранилось в храмах, памятниках и практиках, подчеркивающих связь с прошлым. При этом само египетское общество было гибридным: традиции Египта, Греции и Рима взаимодействовали друг с другом.

Гомер был одним из самых копируемых авторов в Римском Египте — он стал де-факто символом образования и культурного единства. Хотя его версия Троянской войны была популярна среди грекоязычной элиты, жившей в городских центрах, Оксиринх, где была найдена мумия, был именно таким центром. Другие версии этой истории, в которых больший упор делался на египетскую жизнь Париса и Елены, вероятно, были более популярны среди народа.

Тексты в различных СМИ первоначально представляли находку так, будто фрагмент «Илиады» сопровождал мумию не просто так. Возможно, это был ценный при жизни предмет, отражающий образование или культурную самобытность умершего. Но есть и более прозаическое объяснение: поврежденный или выброшенный папирус использовался как дешевый материал. То есть фрагмент стихотворения мог служить простой набивкой, заполнявшей полость тела мумии – литературное содержание здесь не важно.