Правда ли, что в начале Средневековья короли не строили замков?

Среди историков бытует миф о том, что средневековые короли утратили контроль над строительством новых крепостей после распада Римской империи – но это, мягко говоря, большое заблуждение. Портал Medievalists.net рассказал, как зародился этот миф и как на самом деле обстояли дела с замками в Каролингской империи.

Но здесь важно отметить, что взгляды на это явление страдают методологическими проблемами, поскольку историкам, говоря о раннем Средневековье, приходится опираться на материальные находки, а не на сохранившиеся тексты. Поэтому применительно к Каролингской империи можно выделить две научные традиции, каждая из которых привела к возникновению мифов о распаде или даже полном отсутствии королевской власти в государстве.

С одной стороны, многие ученые считали, что правительства раннего средневековья, в том числе правительства Каролингской империи, хотели контролировать строительство всех типов укреплений. От простых укреплённых жилищ до гигантских крепостей, имевших огромное военное значение. Доказательством этого считается указ, изданный в 864 году королем Карлом II Лысым. А остатки небольших укреплений, найденные при различных раскопках, поэтому считаются признаками падения королевской власти, которое якобы явилось результатом периода гражданских войн, охвативших Каролингскую империю. Многие историки также отмечают, что в IX-X веках участились нападения викингов и мусульман.

Между тем сторонники противоположной теории исходят из того, что королевская власть никогда не была сильной в постримском мире. «Дворяне» часто работали партнерами или даже соперниками короля и имели неотъемлемое право строить любые укрепления. Согласно этой логике, остатки различных укреплений могут быть результатом деятельности этих дворян, занимавшихся строительством ради личной выгоды.

Иными словами, историки склоняются к двум вероятным выводам. Либо у королевского правительства была политика против строительства каких-либо укреплений без разрешения (которые было бы трудно защитить после IX века), либо у короны вообще не было рычагов влияния после распада Римской империи.

Проблема в том, что обе теории построены на предположениях, которые невозможно подтвердить. Во-первых, правительства раннего средневековья, идя по стопам Римской империи, не беспокоились о мелких укреплениях и уделяли внимание лишь крупным военным сооружениям. Первые укрепляли и подчеркивали престиж своих строителей, а вторые выполняли важные стратегические функции и служили отправными точками для военных походов.

Недавние археологические работы в галльских провинциях поздней Римской империи выявили множество небольших укреплений, в том числе укрепленные деревни и виллы. Подобные сооружения разрешены Кодексом Феодосия. Но появившиеся позднее римские законы требовали разрешения правительства на строительство, например, стен вокруг центра города, башен или цитадели внутри существующих городских стен.

В то же время строительство защищенных жилищ и других построек продолжалось и в переходный период между римским и франкским правлением. Это не было новым явлением в IX веке и не было результатом упадка королевской власти. Фактически в дошедших до нашего времени текстовых источниках нет сведений о попытках правительства как-то ограничить эту деятельность. Даже в указе Карла II Лысого ничего не говорилось о мелком развитии.

Зато информации о правовом регулировании строительства крупных крепостей и мобилизации трудовых ресурсов предостаточно. Об этих нюансах говорят царские грамоты, рассказы современников и юридические документы. Потому что мощные форты не могли быть построены отдельными дворянами – создание даже среднего замка требовало в разы больше ресурсов, чем строительство даже самого престижного поместья со стеклянными окнами и полами с подогревом.

Право на мобилизацию этих трудовых ресурсов принадлежало монархам. Светские и церковные чиновники, такие как графы и епископы, также могли воспользоваться этим правом, если правитель делегировал им такие полномочия.