Как энтузиасты восстанавливают Николо-Берлюковскую пустынь в Подмосковье

В подмосковном Николо-Берлюковском монастыре епископ Балашихинский и Орехово-Зуевский Николай освятил церковь Василия Великого (построена в 1840 году) и новую часовню. Недавно монастырь был передан Русской Православной Церкви. Более полувека здесь действовала психиатрическая больница. Настоятель монастыря игумен Евмений, выпускник МГТУ имени Баумана, и прихожане-энтузиасты, среди которых были талантливые физики и знаменитые космонавты, рассказали корреспонденту "РГ", как, возродив монастырь, они восстановили историю страны.

"Здесь так красиво", - обращается ко мне незнакомец в синем. В монастырь они с мужем попали случайно: нашли в Интернете ближайший к дому, сели в такси и приехали. И мы добрались до освящения обновленного храма. Сверкает новенький мрамор, блестит золотом иконостас, епископ Николай с любовью смотрит на каждого пришедшего и едва вмещающегося.

"В этом храме находилось управление психиатрической больницы", - рассказывает настоятель Николо-Берлюковского монастыря игумен Евмений. «В алтаре сидел главный врач, под ногами у него крутилась любимая собака. Рабочий стол стоял на месте престола Божия. Здесь курили и ругались. Рядом установили туалет. Я спросила: «Тебе не страшно?» Святое место», — она только отмахнулась: «Я не крещеная».

Попытки восстановления монастыря начались еще в 2004 году. Трудностей было множество. Здесь располагалась не просто больница, а психиатрическая больница, и даже для больных туберкулезом.

«Я не могу сосчитать, сколько писем я написал», — вспоминает настоятель. Чиновники регулярно отвечали: «У нас нет средств на строительство зданий для 200 пациентов». А главврач больницы сказал: «Я сюда кого-то только по моему трупу пущу». «Московские зарплаты, природа, чистый воздух, тишина и покой, шаговая доступность до работы, конечно, никто не хотел покидать монастырь», — говорит настоятель.

Настоятелем сложного объекта просился сам отец Евмений: Церковь назначила ответственных за еще не переданные храмы и монастыри. Отец просил назначить его – он родился и вырос в семи километрах от монастыря. Но отца Евмения не пустили на вверенную Церкви территорию. — Особый объект, — рявкнул охранник. Это был 2004 год. Только в 2015 году все здания монастыря были полностью переданы Русской Православной Церкви. Чудом больницу включили в программу сокращения стационаров, а пациенты и врачи переехали в Химки. «И все стало на свои места – больные оказались в больнице, а монахи – в монастыре», – говорит настоятель.

Теперь предстояло восстановить территорию с пятью храмами и хозяйственными постройками.

"В помещении требовались электричество, водопровод, отопление, водоснабжение, канализация", - деловито перечисляет настоятель. «Трубы были в ужасном состоянии, на метр трубы было по десять дыр. Все приходилось менять и делать заново».

Одна стометровая колокольня - самая высокая в Подмосковье - чего стоила. Государство помогло восстановить его по программе "Русская культура. Историческая память". Все ждали ее новостей.

"Глиссадный маршрут аэропорта Чкаловский проходит прямо над нашим монастырем", - уточняет настоятель. «Ко мне приходили летчики и спрашивали — нам нужен крест, чтобы мы могли ориентироваться по нему при посадке. Жители села тоже спрашивали — «Когда ты собираешься поставить крест!» Как только он упал с колокольни, жизнь в селе Авдотино стала совсем плохой, все болеют». И вот теперь все восстановленные святыни освящены. Небесная благодать вновь вернется на то место, где она была на протяжении многих веков».

Свет для мирян - монахов

"Смотри, за паникадилом ангел", - шепчет мне экскурсовод Марина, пока священники молятся у алтаря храма Василия Великого. Ангела я, конечно, не увидел. Но я чувствовал радость, щедро разлившуюся по храму в полной мере.

Обновленный храм сияет вместе с прихожанами. «Какая радость», — шепчет незнакомец мне в другое ухо, сияя улыбкой. Певцы поют настолько торжественно, что праздник слышен в каждой ноте.

"Все поняли?" – обеспокоенно спрашивает владыка Николай, размахивая кроплом (кистью для освящения), щедро опрыскивая прихожан святой водой.

Пока мы идем к часовне, прошу женщин, которые были рядом, поделиться впечатлениями.

"Ощущение блаженства, радости", - наперебой отвечают прихожане Лилия и Марина. «Возрождение монастыря – это как подтверждение веры, о добрых отношениях, творчестве, красоте».

У белоснежной часовни архиерей читает Евангелие. С улицы, через окно, можно увидеть сияющих на иконах святых.

Часовню в честь иконы Покрова Пресвятой Богородицы построили выпускник физического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова, бизнесмен Алексей Харин с женой Мариной, экскурсоводом монастыря. В память о моих родителях. Там же воздвигли памятник святому мученику Кукше и его ученику Никону Печерскому.

Часовня построена на месте разрушенной советской властью гостиницы для паломников. Разрешения на новое строительство пока нет. Алексей кажется суровым и неразговорчивым. Он говорит, что в монастыре шли активные восстановительные работы и он просто не мог остаться в стороне.

"Настоятель монастыря - большой трудолюбивый человек", - когда о нем говорит Алексей, голос его теплеет. «Мы учились в одной сельской школе, но в разное время».

Много лет назад Алексей, увлеченный православной архитектурой, начал фотографировать закрытые храмы. Его первая большая фотовыставка называлась «Затерянные деревни России».

"Когда архиерей освятил храм, я вспомнил, что совсем недавно здесь велось строительство", - делится впечатлениями его жена Марина, экскурсовод монастыря. «Как писал Иоанн Лествичник: «Свет мирянам — монахи, свет монахам — ангелы». Монахи здесь, ангелы тоже. Все в порядке».

Марина была студенткой, когда в монастыре разместилась больница. "Мы с Алексеем проезжали мимо на велосипедах, на окровавленную колокольню было страшно смотреть. Штукатурка осыпалась, а под ней красный кирпич". Она даже представить себе не могла, что пройдет время и они с мужем построят здесь часовню и памятник. И они будут приходить сюда каждую неделю.

Я спрашиваю, как она, инженер-радиофизик, переквалифицировалась в экскурсовода. «Да, заставили», — смеется Марина. Придя в монастырь, я избрал для себя послушание по чистке подсвечников. Но настоятель строго сказал: ты будешь экскурсоводом. Я пытался его переубедить, но он сказал: «В монастыре послушание не выбирают». И вот уже четыре года проводит экскурсии, после которых в отзывах пишут: «Хочу вернуться».

Марина пришла к вере еще в юности. Видя, как умирает моя прабабушка, я ясно понимал, что человек никуда не может пойти. В советское время после недолгих поисков я открыл для себя православие. Мне удалось стать певцом. «Я сказала папе, что иду к подругам, а сама иду в церковь на службу».

В Николо-Берлюковской пустыни она оказалась в трудный период - после пандемии умер ее духовник. Марина горевала об утрате, все стало неинтересно. Отца Евгения она увидела в телепередаче. «Мне казалось, что он поможет мне найти нового духовника», — говорит она. «В конце концов оказалось, что я нашел свое место на земле».

Колокольчик, виноград и след в истории

Храм Василия Великого был восстановлен благодаря энтузиасту Сергею Капитонову. «Только иконостас в церкви несколько раз переделывался, оси и крепления были выровнены», — говорит он.

Что чувствует человек, когда самая сложная работа завершена?

"Я очень долго этого ждал", - признается Сергей. "Мне кажется, что в храме получилось тепло и свежо. Работы было много, но глаза боятся - руки делают. Самое главное, что удалось восстановить историю, которая создавалась веками. Теперь будущие поколения смогут приходить сюда молиться".

Сергей вспоминает, как он расстроился, когда узнал, что каменный пол, обнаруженный в храме, нельзя сделать открытым для всех.

Я спрашиваю его, в чем смысл сегодняшней благотворительности? Восстановление святынь обходится недешево.

"Пока живешь, нужно успеть что-то сделать для общества, для истории", - отвечает он. "Результаты этих дел я оставлю своей семье, моим соотечественникам, моей стране. В противном случае у нас не будет будущего".

Он говорит, что самым удивительным за все это время (с настоятелем он познакомился в 2011 году) было то, что его большая команда теперь тоже просится в монастырь.

"А те, кто уже был здесь, хотят поскорее вернуться", - улыбается Сергей. «Для многих монастырь стал местом притяжения, вдохновения, чистоты. Видели теплицы с виноградом?» - спохватывается собеседник.

Пока мы едем в подмосковные теплицы с виноградом, мой гид показывает аптечный огород, где растут травы от разных недугов

"Это мои любимые цветы", - он останавливается возле высокого куста лилий, покрытого бутонами. «Они будут еще выше!»

В зарослях оранжереи стройные ряды виноградных лоз выстроились, как солдаты. Из-под листьев выглядывают огромные гроздья крупных ягод.

"Отцовский виноград весит до трех килограммов, но самое удивительное здесь", - Сергей ныряет в зелень и показывает могучий, толстый виноградный ствол. «Я в этом году тоже построила теплицу на своем заводе, и отец подарил мне саженцы. Знаешь историю про колокольчик?»

Он с удовольствием рассказывает гостям монастыря почти детективную историю. Один гражданин иностранной внешности выкопал в поле колокол. Отнес настоятелю. На следующий день, видимо, поняв, что находка ценна, он пришел с заявлением в полицию: «Колокол отобрали».

«Вместе с гражданином в монастырь пришла полиция», — рассказывает свою любимую историю Сергей. - Отец Евмений спрашивает: "Чей колокольчик? Ваш?" Он кивает. Подходят к колоколу, а там написано: «Отливка для Николо-Берлюковского Эрмитажа». Ну, посмотрите сами, — показывает он бронзово-бирюзовую многовековую надпись на колоколе.

Свет во тьме

Прихожанке Любови Ольховой 82 года. Белый шарф, элегантное платье. Ей уже нелегко ходить, да и зрение ослабело, но сегодня утром она была в монастыре. Здесь к ней относятся с большой любовью – Любовь Александровна знала семью последнего настоятеля монастыря. Внуком старейшины был ее ныне покойный муж.

"Дед моего мужа был отправлен в ссылку в Архангельск за свою веру", - говорит она. "Он умер в 1945 году. Мой муж 1940 года рождения, он помнил своего дедушку. Мы были соседями. У них был большой дом, но после преследований часть дома отобрали у сельсовета. У них была своя валяльная артель, и они ее отобрали".

Любовь Александровна рассказывает, что всю жизнь семья старосты жила в молчании - соседи писали доносы. Поверили - тайно. Ее бабушка и дедушка также были репрессированы и сосланы в Сибирь. Любовь Александровна сохранила от бабушки молитвослов.

"Я была атеисткой", - вздыхает она. «Мой муж сохранил веру, хотя и был секретарем партийной организации. Несмотря на мои протесты (я боялась, что его посадят), он стал крестным отцом моего племянника».

Однажды на чердаке Ольховы нашли невероятной красоты акварель, изображающую вход в монастырь. Чтобы запретная ценность не пропала, ее отнесли в храм в селе Воскресенское. В 90-е годы, когда все успокоились, нашли на чердаке иконы Божией Матери и Спасителя, которые спрятал дедушка.

"Муж привез их домой", - вспоминает прихожанка.

Жителей деревни годами учили, что монастырь не представляет никакой ценности. Сначала здесь был дом для инвалидов.

"Все было открыто, в деревне часто можно было увидеть испанцев на костылях и в инвалидных колясках", - говорит она. «Когда сделали психбольницу, территорию закрыли».

В 2003 году произошло чудо – появился первый послушник. Через год был отслужен первый молебен.

"И муж оживился", - вспоминает Любовь Александровна. "А я просто поверила в Бога и все. В одну секунду. Я начала с мужем ходить на службы, помогать восстанавливать монастырь. А вы знаете, что у нас на службах даже есть космонавты? Мы с мужем ходили на занятия воскресной школы, так они к нам из Звездного городка приезжали".

Привет с Байконура

"В честь такого события мы даже запустили космический корабль на орбиту", - то ли серьезно, то ли в шутку говорит летчик-космонавт Олег Артемьев, прихожанин Николо-Берлюковского. Он позвонил мне с Байконура сразу после запуска. "Было бы здорово, если бы появилась такая традиция - сегодня запуск ракеты, а завтра освящение нового храма", - мечтает космонавт и с горечью добавляет, что пилотируемые запуски сегодня очень редки - всего три запуска за два года".

"Здесь все молятся, чтобы стыковка прошла гладко, а тем более для тех, кто находится на орбите", - говорит Олег Германович. «Ведь если что-то случится, возвращение домой затянется».

Если все пойдет хорошо, 26 июля Олег Германович вместе с коллегами-выпускниками Бауманки отправится на встречу с экипажем, работавшим на орбите. В группу встречи также войдет ректор МГТУ имени Баумана Михаил Гордин. Это традиция бауманских космонавтов.

Настоятель Николо-Берлюковского монастыря отец Евмений тоже бауманец. Специалист по самолетам. Когда я спросил, как он прошел путь от авиаспециалиста до ректора, отец Евмений пошутил: «Он пытался попасть в рай».

Как и будущий космонавт Олег Артемьев, отец Евмений работал в НПО "Энергия". «Только я оттуда пошел в отряд космонавтов, а он пошел служить Богу», — уточняет космонавт.

Олег Артемьев присоединился к отряду в 2003 году, когда монастырь делал первые шаги к возрождению. «Все было у меня перед глазами», — вспоминает он. "Восстановление длится ровно столько, сколько летает станция. Какое там было запустение, а какая красота сейчас! Даже неверующий не останется равнодушным. Кстати, колокольню нашего монастыря мы используем как ориентир: когда тренируемся на самолетах, мы видим ее издалека. В любую погоду можно найти дорогу домой. Даже если есть проблемы с навигацией.

Пилот-космонавт уверен, что в его профессии без веры невозможно сделать и шагу. "Наша профессия связана с риском, с экстремальными условиями. У тех, у кого есть вера, есть бонус - дополнительный источник вдохновения и сил", - говорит он. «На Байконуре у нас давно сложилась традиция — штатный священник исповедует, причащает, благословляет космонавтов и окропляет ракету перед стартом».

Я спрашиваю его, случаются ли чудеса в космосе?

"Сам по себе полет - это уже чудо", - вполне серьезно отвечает он. "Находиться на орбите - это чудо, и понимание бесконечности Вселенной - это тоже чудо. Мы чувствуем поддержку во всех отношениях. Однообразие на орбите - это тяжелая ноша, до уныния рукой подать, но с верой это можно пережить. Иконы всегда летают вместе с нами. Недавно был автопробег по дорогам народного ополчения, в разных городах нам подарили иконы, я отвез их на Байконур. Теперь ребята летали с образом Святого Манефа Гомельская и икона Пресвятой Богородицы Смоленской Одигитрии, ее подарила мать Богородицы Житенного монастыря, в прошлом - доктор наук. В последний раз, когда я улетала, я взяла с собой икону Георгия Победоносца, вернула ее на Землю, она сейчас в храме в центре Москвы написано, когда она улетела, когда вернулась, сколько времени она оставалась в космосе. вершину и вместе со станцией совершить крестный ход. И это тоже чудо на Земле – возрождение святого места. И пусть это чудо внушит всем, что каждый способен на такой шаг, если только захочет».

Возрождение Берлюкса еще не закончилось. Настоятелю и единомышленникам предстоит еще восстановить храмы за оградой, Иоанно-Предтеченский монастырь, пещерный храм, Казанскую церковь, монастырское кладбище. «Мы еще даже не приступили к этой работе, нам нужно, чтобы произошло чудо», – улыбается игумен Евмений.